Софийность поступка — высшие ценности и суета

Реферат на тему: Софийность поступка: высшие ценности и суета. В зрелости человек постигает индивидуализированную, неповторимую сущность мировых явлений, событий, наполняется их богатством, расширяет, углубляет свою укорененность в мире. Преодолевается максималистский схематизм юности. Однако зрелость, проникая в многообразие мира, находится в нем будто в растерянности состоянии. Возникает потребность в глубоком сосредоточении, чтобы выйти из распыленности, среди множества корней бытия увидеть корень основной. В светском варианте преодоления плюрализма на первое место выступают потребности практики. В религии зрелый плюрализм в отображении мира отвергается как мирская «суета сует и всякая суета». Религиозное толкование суеты развернутое в библейской Книге Екклесиаста. Индивидуализированное отношение к миру — практическое, художественное, научное, — углубляясь, приводит к разрозненности между людьми. Религиозная мудрость предлагает формы поведения, которые должны удержать человека от вступления в «мир суеты», соответственно себя ограничить. Новое по сути — старое, ожидать чего-то нового от жизни не следует. Предметный мир воспринимается как кружение на одном и том же месте. Ветер дует во все стороны, но возвращается «на круги своя». Реки текут в море, но возвращаются к своему истоку, чтобы снова течь. Не может человек выразить, передать всего. Не насытится ее глаз виденным, ухо — услышанным. Все уже было. В трудах человеческих воспроизводится бесконечная суета. Отсюда теологический вывод о том, что никакой пользы нет от трудов человеческих. Религиозный уход от суеты возникает путем к Богу.
Мягкая мебель на заказ
софийность, мудростью предлагается исследовать все, что делается под солнцем. Но здесь возникает необходимость предостережения, что это & mdash; слишком тяжелое занятие для человека. Все объявляется суетой и томлением духа, в том числе сама мудрость. В человеческом бытии видят безумие, безумие — интеллектуальный выражение суеты. Исходное качество суетной мудрости — в большом грусти. Тот, кто умножает познания, умножает печаль и скорбь. Практическая деятельность, приводит к богатству даже на основе собственного труда, объясняется в теологии как таковой, что не дает жизненного удовольствия, завершенности. В вполне понятном смысле преходящего, в конце концов исчезает преимущество мудрости перед глупостью. Хотя по сравнению них говорят о превосходстве света перед тьмой, однако видят лишь то, что у них одна судьба: мудрый умирает наравне с глупием. Это порождает не только вопрос «зачем быть мудрым?», Но и предусматривает однозначный отрицательный ответ. Далее — пессимизм, мизантропизм, которые подкрепляются набором фактов о нарушении моральных принципов. Экклезиаст ненавидел жизнь, поскольку презирал дела, которые делаются под солнцем. Он, правда, видит, что в труде осуществляется коммуникация между людьми, но предостерегает: если эти труды попадут в руки дурака, он воспользуется ими для распространения своей глупости на весь мир. Предвидя это, человек мыслит все дни полными скорби, труды — беспокойством. Возникает идея фатальной обреченности, непротивление тому злу, которое предназначено. В неустанной течения событий всему свое время и время всем под небом: рождаться и умирать, убивать и исцелять, молчать и говорить, любить и ненавидеть, войне и миру. В такой передвизначености человек беспомощен, поскольку прежде она не может постичь Бога дел. Теология, зовет человека к Богу, в то же время создает между ними пропасть. В социальной несправедливости видят ту же фатальную обреченность человека: Нет Утешителя для слез угнетенных, поскольку в руке подавляющих — сила. В градации ценностей теологической мудрости более блаженным тот, кто еще не существовал, поскольку он не видел злых дел. Зло возникает как тупик. В ценностных ориентациях относительно смерти человек не имеет преимуществ перед животным. Оба ушли из праха и вернутся в прах. Доказательства существования безвыходного зла, все новые его открытия ведут к дурной бесконечности, казня же мудрость, наделяя ее мыслительной слепотой. Теологическая позиция, направленная на дискредитацию земных отношений между людьми, конечно, помогает раскрывать социальные противоречия, однако предлагается один выход — из жизни. Аргументы просты, их будут повторять в XX веке. Труд, успех порождают всеобщую зависть, а люди поглощаются суетой, им предлагают резигнацией, которую видят в естественности, удовлетворении малым: «лучше крошка со спокойствием, чем горсти с трудом и томлением духа» Обвиняется также суетность многословного человеческой речи. Глупость выступает в множественности слов, скупые сдержанные слова возникают мудрее. В глупой бесконечности приобретения вещей, в любви к серебру, богатства не находят никакой пользы. Сокровища, хранящихся служат не в пользу их обладателю. Ничего с собой человек не берет на тот свет. Открытые в зрелом возрасте ценности существенно переоцениваются. Основа жизни человека — труд — подлежит не только риторическим набегам: все труды человека для рта его, а душа его не насыщается. Главное — наслаждаться добром. Но для человека является хорошим в жизни? День смерти оценивается лучше дня рождения, а жалость — лучше смеха, так как при печали лица сердце делается лучше. Сердце мудрых находится в доме веселья. В грусти осознается бесконечность, незнищуванисть зла, безсмисленисть земного существования. В ней видят сдерживающие эмоции. В мудрой «антитетици» позитивного и негативного порождается бесконечное количество афоризмов — коротких сентенций. Кажется, будто смысл мудрости заключается в сопоставлении, оценке фактов, событий. Лучше слушать обвинения от мудрого, чем похвальная дураков. Конец дела лучше ее начало. Терпеливый лучше высокомерного. Гнев гнездится в сердце дураков. Постепенно раскрывается смысл того, что проходит, его ценности. Преходящее уже имеет тенденцию к возвышенного его оценивания. И это касается жизни в целом, его преходящих событий. Если зрелость берет их в состоянии расцвета, мудрость видит их преходящий характер и поэтому производит свой первый критерий оценки. Преходящее в жизни — его достоинство, то, что застывает, вызывает подозрение. Печаль выражает это состояние человека. Веселье далека от понимания преходящего. Дурак сердится, поскольку не видит преходящего характера причины гнева, глупости, высокомерия. Мудрость прославляется как основа нравственности, социальности в целом. Обладателям, что живые, отказывается в мудрости, но идеальный обладатель в прошлом или будущем должен ею владеть. Мудрость делает мудрого сильнее десяти властителей. Преимущество знания проявляется в том, что мудрость дает жизнь тому, кто владеет ею. Как высочайшее качество человека она освещает лицо ее, снимая с него суровость. Развенчивая социальную несправедливость, наибольшую горечь жизни автора библейских сказаний усматривают в том, что не скоро свершится суд над плохими делами, а то и вообще они останутся без суда и наказания. Вопрос наказание зла в Библии — душороздираючи. Праведников постигнет то, что заслужили бы дела нечестивых, с нечестивыми бывает то, чего заслужили бы дела праведников. Праведник погибает в праведности своей, нечестивый живет долго в нечестия своей. Человеку отказано в постижении дел, которые возникают под солнцем.