Педагогическая деятельность с разных точек зрения часть 4

Вспомним слова опытных педагогов, ибо кто лучше их знает особенности их деятельности? В отечественной педагогической литературе есть немало замечательных примеров опыта известных работников образования. Но мы выбрали примеры, глубоко освещают именно поставленный вопрос. Показательно размышление учительницы физики, который был напечатан в «Учительской газете» в сентябре 1989 Он является показательным, так как содержит описание сущностного открытия, которое было сделано учительницей, казалось бы, в повседневной педагогической ситуации: "... Сегодня, когда я думаю о человеке XXI века, которая сейчас ходит в школу, меня тревожит не то, что она напишет на «магнитной доске» своей памяти на моем уроке физики, не то, создаст она искусственный интеллект, искусственное сердце или источник энергии, который его заменяет, а совсем другое: чем она будет руководствоваться, выбирая свои цели и средства их достижения, отличая зло от добра, какие критерии и оценки станут фундаментом ее морали, как сегодня сформировать его мышления свободным и нетрафаретним? путей, наверное, несколько. Я исповедую выверенный: учителю следует самому попробовать стать свободным, нестандартным, нетрафаретним. Еще недавно можно было создать такую обстановку на уроке за счет дидактического театра, свободных дискуссий ... Я щедро использовала живопись и кино, поэзию и музыку, историю науки и искусства, заботясь о том, как подать физику с точки зрения культуры. Однако прошло не так уж много времени, и программы усложнились, нагрузка на единицу времени урока катастрофически возросло, так что многие из моих свободных приемов стали невозможны. Возникла необходимость искать не только новые методы и подходы, а строить новую модель школы, ученика, урока, а следовательно, и учителя. Сохраняя свою традиционную функцию передатчика новым поколением культуры, традиций, опыта предшественников, сегодняшний учитель должен бы отказаться от себя, чтобы при этом не передавать те комплексы и стереотипы, которые привели нас к застойного типа мышления. Что же делать? Делать из себя вместе с учениками нестереотипно мыслящего человека. Вот мой самоуверенный Николай объявляет на уроке, что движение возможно только в одном случае: когда на тело действует сила. Здесь же кто-то из детей гигикае: «Сила есть — не надо ума!» И мне хочется остановить Николая, может, даже высмеять: ведь вступительную часть темы, когда говорили об инерции, уже пройден, можно было бы и наказать: «Голова с дыркой?» Однако я останавливаю не Николая, а себя и хвалю его — Ты молодец, Коля! Так и Аристотель полагал. Но Ньютон догадался еще и о другом. Этот мальчишка Ньютон жил в Англии, где мороз и лед. Понимаешь? Аристотель в детстве не катался на коньках, наверное, поэтому ему открылась лишь часть истины, а Ньютон, которого, наверное, друзья толкали на катке, наблюдал нечто новенькое. Что же он нам потом объяснил, став великим ученым? Этот маленький диалог уже не только о физике, он — о бесконечности процесса познания, о развитии научной мысли, о путешествии на протяжении всей жизни к истине, о средствах мышления ... Итак, выбирая сегодня учителя или предмет для изучения, ученик делает решающий для себя шаг — он выбирает свою судьбу. Как же оправдать это ожидание? " (Шабанова Н. Судьбу выбирают сегодня "// Учит. Газ. &Mdash; 1989 — 23 сент.) Функции преподавателя физики в понимании этой учительницы значительно шире информационные границы. Но в приведенном монологе важно еще один момент: часто учителю не надо искать каких-то принципиально новых форм преподавания, достаточно сместить внутренние акценты взаимодействия с учениками, ее психологический контекст, чтобы вырваться из устаревшей педагогической парадигмы. Действительно, представим себе, которой чаще всего бывает реакция учителя, когда ученик после завершившегося обсуждения темы допускает ошибку. «Чем ты слушаешь?» &Mdash; говорят одни. «У тебя на уроке председатель неизвестно чем занята», — упрекают другие. А часто, ничего не говоря, ставят двойку — для «воспитания» внимательности и ответственности. А вот в приведенном случае именно ошибка стала поводом для диалога разных поколений, показала, что за тысячи лет развития любой науки лучшие умы искали истину и ошибались так же, как и нынешние школьники. «Гениальная» ошибка — это естественный момент поиска истины, процесса сложного и полного противоречий. В таком случае действие самого учителя становится не просто оценочной или корректирующей (частичным приемом), а морально-воспитательной (стратегическая терминальная функция). Приведем еще один подход — на этот раз от физики вновь вернемся к истории, к взгляду на нее и на функции педагогов-историков, ученых и выдающихся личностей. Вот как оценивает роль учителя-историка в жизни человека Е. А. Ямбург, анализируя события, происходившие в конце восьмидесятых годов прошлого века: "История сегодня стала одной из болевых точек общественного сознания: разрушаются привычные догматы, выходят из небытия забытые фамилии, люди заново открывают для себя недавнее прошлое. Для многих переосмысления истории становится глубокой личной драмой. При этом едва ли не самым драматичным фигурой становится школьный учитель истории и обществоведения. Еще вчера главный идеолог — проводник ритуальных восхвалений, свободный или несвободный мифотворець, сегодня он должен разрушать собственноручные накопления, формируя у учащихся настоящее историческое мышление. Было бы несправедливо видеть новое мышление и новое ощущение только в нетерпимости к манипуляций общественным сознанием. Вернуть человеку достоинство через историю — условие необходимое, но недостаточное. Значительно сложнее выработать историзм мышления. Постепенно для школьников становится очевидной невозможность вести добросовестный исторический анализ без погружения в атмосферу эпохи, что, в свою очередь, требует включения в ткань уроков по исторической психологии. Какую множество актуальных задач можно решить, рассматривая, например, психологию перегиба, отыскивая тонкую грань, когда целостность личности, стремящейся к идеалу, незаметно переходит в нетерпимость, в догматизм и фанатизм со всеми моральными и политическими последствиями! Приближая прошлое к школьникам, пробираясь с ними сквозь лабиринт исторических связей, мы приучаем их мыслить культурами. Кто же, как не учитель истории, призван научить ученика рассматривать исторические явления всесторонне, в диалектической связи, помочь смотреть на прошлое с позиций сегодняшнего и вроде изнутри. Как привить детям чувство связи эпох, единство личностного и исторического? Уверен, что сегодняшний урок истории, помимо традиционных задач обучения, воспитания и развития, должен содержать глубокую внутреннюю тему. Найти точки пересечения интеллектуального и эмоционального, нравственного и политического в историческом материале — разве это не главный путь приобщения школьников к прошлому? Только в таком контексте информация, которую они получают, будет носить характер современных знаний " (Ямбург Е. А. Воспитание историей. &Mdash; М., 1989).