Механизм индивидуализации психического. компенсационная форма катарсиса. адлер (1870 — 1937) часть 3

восстанавливающими цель к идеальному оперирования в настоящее время, Адлер попытался избежать упреков в «телеологической причинности». С другой стороны, он видел в идее фиктивной цели возможность преодолеть детерминизм бихевиористские плана, объяснив, например, почему те же обстоятельства в жизни двух индивидов приводят к разным результатам. В характере постановки и реализации целей Адлер видит основу невроза. В противоположность учению Фрейда невроз оказывается результатом не социальной или физической недостаточности или травмы, а постановки и реализации фиктивной цели. Терапевт должен привести пациента к пониманию фикций-целей как детерминант поведения. Адлер считает, что при таком подходе достигается терапевтический эффект. Однако адлеровской терапевт, как и фрейдовский, оказался в порочном круге. Для Фрейда осознание травмы должно было привести к освобождению от невроза. И для Адлера осознание фиктивности цели мало ликвидировать невроз, но что же должен дать невротику адлеровской терапевт как субституции разрушенной фикции "? Неужели он сам будет создавать для пациента замену, предоставив в его распоряжение новую фиктивную цель "? Ведь без последней целесообразное поведение невозможно. Более того, разрушение этой цели приводит к глубокой психической травмы, в «переоценки ценностей». Создавать новую цель должен сам пациент. Ведь это настоящая творческая работа вчинкового характера с выбором, борьбой мотивов и т. п. Положительный момент в адлеровской психологии заключается в более решительном, чем у Фрейда, отходе от фаталистической обусловленности поведения двумя факторами — биологическим и социальным.
монтаж складских стеллажей
Именно Адлер сделал серьезную заявку на преодоление этого двухфакторного фатализма в человеческом поведении, сосредоточив основное внимание на образовании самого психического, подчеркнув нежесткий детерминизм в толковании поведения человека. Здесь следует видеть центральный пункт индивидуальной психологии. Проблема соотношение сознательного н бессознательного в постановке фиктивных целей нуждается в серьезной корректировке. Фиктивная цель полностью находится на уровне сознания. ее можно считать бессознательной только в том смысле, что она полностью сливается с сознанием, составляет ее единственный предмет и только по этой причине не может быть подвергнута критике. То, что не осознается, является лишь определенным уровнем несоответствия между фиктивной целью и реальным положением индивида. Осознание должно привести к замене оставшейся фиктивной цели другой — более адекватной жизненным условиям индивида. Сама идея фиктивности цели является неточным обозначением идеала поведения. Исходя из этого можно сказать, что в самом идеале есть определенная абсолютизация реальные черты действительности. Более того, такая абсолютизация как результат и является таким идеалом. Итак, речь идет не о фиктивной цели, а о цель идеализированную возникающее вследствие определенного уровня обобщения и абсолютизации определенных сторон действительности. Именно потому, что в идеале присутствуют эти два компонента (идеальный и реальный), становится возможным развитие идеальной цели и превращение ее в цель реальную. Само развитие идеала является его реализацией. Идея «социального интереса», которая изначально должна была выступить противовесом идеи агрессии (и заменой фрейдовской теории либидо), была впоследствии связана с метаморфозой фиктивных целей. Социальный интерес, что вырастает из социального взаимодействия индивидов, должен был стать фактором, который способствует установлению разницы между нормальным и невротическим характером, между стремлением к совершенствованию и влечением к преимущества, между здравым смыслом и «самоцентрируемыми» рационализацией. В зависимости от того, как осуществляется индивидом развитие противоречия между идеалом и действительностью, можно говорить о «жизненном стиль» человека, о его творческую самость. Адлер бы хотел психоаналитически доказать наличие реального основания французской пословицы «Стиль — это сам человек». Стиль жизни, созданный самим индивидом, это и есть самая сокровенная и наиболее синтетическая черта индивида. Эта самость и является его творческой функцией. Адлер подчеркивает, что человек не является пассивным продуктом биологических или социальных ограничений, которые входят в структуру ее жизни. Она сама себя создает, используя арсенал своих способностей. Создание образа жизни начинается с раннего детства и с небольшими коррективами осуществляется в последующие годы. Таким образом, Адлер, не менее Фрейд, но подойдя с другой стороны, придавал большое значение семейным обстоятельствам в формировании индивидуальных черт характера. Особенности поведения, связанные с либидо, входящих в этот стиль жизни, но лишаются Адлером доминирующего характера. Стиль жизни, как его освещены в Адлера, не является личностным образованием, а только характерологическим — как определенная стратегия поведения. Фрейд делал упор на личных формах. Центральным понятием Адлера следует признать фиктивные цели, которые определяют индивидуальные черты психики. В противоположность принципу поступка Адлер выдвинул «фиктивную цель», то есть по сути проблему идеала. Именно этот идеал является обобщением личностных форм поведения. Идеал входит в поступок, вошедшей в нем и вместе с тем является его антагонистом, диалектической противоположностью. Идеал вечно осуществляется в бесконечной цепи поступков, является их движущей силой, их сердцевиной. Несоответствие идеала и поступка приводит к необходимости нового поступка. В этом последнем и осуществляется идеал.